Старинное тракторное чугунное сидение Нибуръ

руб.16000

1 в наличии

Мануфактура: Нибуръ (донецкий Нью-Йорк)
Год: 1900
Страна происхождения: Российская Империя
Клеймо: есть
Состояние: Состояние на фото, произведен ремонт
Материал: Чугун
Размеры: 42 * 34 см
Вес: 3,5 кг

Описание

Причем тут старое тракторное сидение «Нибуръ» и Нью Йорк?
Длинная, интересная и очень печальная история, с которой рекомендую вам ознакомиться.

В 1892 году появилось поселение немцев-меннонитов с громким названием Нью Йорк. Менониты – члены религиозного движения, возникшего в 1530-х в Нидерландах. Они пропагандировали мирное сожительство в светском обществе, ненасильственные методы протеста и пацифизм. Их преследовали за нежелание служить в армии. Российская императрица Екатерина II приглашала европейцев на малозаселенные земли в нижнем Поднепровье и на Черноморском побережье. Наиболее массовой была миграция из Германии — оттуда в Российскую империю приехало много протестантов-меннонитов. Самая большая их колония появилась на казацком острове Хортица. Это о ней Тарас Шевченко написал: «І на Січі мудрий німець картопельку садить».

В 1877—1878 годах хортицкие меннониты купили у графини Голицыной 32.200 десятин (более 35 тыс. га) черноземных участков на берегу речки Кривой Торец. Обошлась эта сделка в 929 тыс. руб. золотом. Это притом, что в то время за дойную корову давали 2,5 руб. Тогда после купли-продажи на новые земли переселились 244 немецких семьи.

Заработать такие деньги меннонитам помогала их религия. Это протестантское движение основал еще в ХVI веке голландский богослов Менно Симонс. Его представители были довольно выгодным демографическим вливанием для Российской империи. В семьях меннонитов нередко рождалось до 20 детей, так как, по их убеждениям, многочисленное потомство было свидетельством божественной благосклонности.
Меннониты вовремя и сполна платили налоги и всячески демонстрировали свой пацифизм. Нежелание брать в руки оружие, когда на исторической родине их призывали в действующую армию, и спровоцировало массовую миграцию приверженцев учения Менно из Германии.

Авторство американского названия поселка приписывают двум людям. Донецкий историк-краевед Александр Дынгес, потомок первых жителей Нью-Йорка, называет Якова Унгера, построившего в городке первую паровую мельницу, и Якова Нибура, пионера сельскохозяйственного машиностроения. Первый посетил США в 1880‑х и, очарованный американский мегаполисом, стал называть свой поселок Нью-Йорком. А второй утвердил этот топоним уже официально. Нибур был женат на американке, которая была моложе его на 19 лет. Чтобы она не тосковала по родине, он подарил ей в 1891 году грамоту, подписанную главой Екатеринославской губернии, что отныне немецкая колония № 4 носит имя заокеанского города.
Поразительной была самоорганизация украинских ньюйоркцев и их благотворительные традиции. Большинство жилых строений были собственностью всей общины поселка. В первые десятилетия меннониты построили 412 казенных домов. Они предназначались для приглашенных специалистов — инженеров, учителей, врачей.
Знаковой фигурой для Нью-Йорка был Нибуръ (как раз сидение от сейлки этого завода у нас осталось как напоминание о прошлом) . В 1889 году он запустил завод сельхозтехники. Оборудование для предприятия закупалось в Европе и США. На нем были задействованы 2 тыс. рабочих. Жатки и плуги расходились по всей империи. В 1910‑х завод давал 3,5 млн руб. годовой чистой прибыли.

С началом Первой мировой войны Нью-Йорк стал объектом внимания императорского дома. В то время для производства взрывчатки в России использовали нафталин. Его получали из каменноугольной смолы, которая в свою очередь добывалась при коксовании угля, которым богаты донбасские недра. К моменту начала войны в империи производилось 1 тыс. т. нафталина. А для успешных боев его нужно было в 2,5 раза больше.
В 1915 году нью-йоркские немцы-предприниматели выиграли государственный конкурс на строительство завода, который обеспечивал бы армии взрывчатку. Меннониты проявили невиданный патриотизм по отношению к России, несмотря на то, что основным ее противником в войне была их историческая родина — Германия. Завод построили в рекордные сроки, и уже на следующий год он вырабатывал необходимые объемы нафталина. На его открытие прибыли военный министр Алексей Поливанов и брат императора Михаил Александрович.

Октябрьский переворот 1917 года и Брестский мир, с которым Россия выходила из войны, прошлись катком по Нью-Йорку. Городок несколько раз переходил из рук в руки враждующих армий. Деникинцев сменяли красные, которых на время вытеснили войска германского кайзера. Особыми бесчинствами отличились большевики, устраивавшие грабежи и показательные расстрелы мирного населения.
Эвальд Эннс еще в 1890‑х заложил в Нью-Йорке парк, для которого заказывал саженцы по всему миру. Когда поселок заняли красные, они принялись вырубать парк на дрова. Эннс обратился к солдатам с просьбой оставить редкие породы деревьев и взять колоды, лежавшие поодаль. Такое замечание разозлило красноармейцев, а Эннс, на свою беду, еще и носил титул барона, — в итоге представители восставшего пролетариата расстреляли немца в его же парке. Тело выбросили в пруд, где оно плавало еще долгое время, так как односельчане боялись его похоронить.
От Генриха Хамма, владельца самого большого городского магазина, большевики потребовали уничтожить все книги богословского содержания. Когда он отказался выполнить приказ, его тоже расстреляли. В 1941 году почти всех этнических немцев из Нью-Йорка отправили в лагеря ГУЛАГа или трудармию. Есть сведения о том, что после Второй мировой войны в городе осталось лишь около тридцати потомков колонистов.
В 1951 году город переименовали в Новгородское, чтобы название не ассоциировалось с «буржуазной Америкой».
Материал взят у газет «Aussiedlerbote» и «gazeta.ua»

Это прекрасное старинное сидение Нибуръ во время отправки пострадало и приехало к нам уже состоящим из 8 частей. Было принято решение попробовать заварить его аргоном. С огромными сложностями по сварке (старый чугун, пролежавший в земле долгие годы, это особое испытание) его удалось соединить, но использовать как сидение его больше нельзя. Только как арт-объект. К сожалению, такое тоже случается, что предмет с одной из самых интересных историей иногда собирается по кусочкам и не может больше служить по назначению.